Изумление и восхищение Нансена возрастали по мере того, как молодой моряк излагал ему свои планы. Нансен сам был человеком отважным и смелым, сам дважды выступал с планами дерзкими по замыслу, граничившими с безумием – по словам его критиков и противников. Поэтому он лучше чем кто-либо мог по достоинству оценить план Амундсена, заинтересовавший и увлекший его широтой и грандиозностью размаха.

– А каким образом вы рассчитываете собрать необходимые для экспедиции средства? – спросил Нансен.

– Я думаю как-нибудь обойтись. У меня есть немного собственных денег и я надеюсь справиться. Пока же я хочу предпринять плавание в Ледовитом океане на каком-нибудь небольшом судне, чтобы приобрести опыт в управлении такими судами во льдах. Ведь для задуманной мной экспедиции необходимо судно небольших размеров, неглубоко сидящее в воде!

Нансен не только одобрил замысел молодого моряка, но и обещал рекомендовать его вниманию разных влиятельных в финансовых кругах лиц. Конечно, он обещал ему также всяческую свою помощь и поддержку.

Ободренный разговором с Нансеном, Амундсен немедленно приступил к решительным действиям. Увы! Собственных денег, с помощью которых он так смело рассчитывал «справиться», у него было немного – всего 10 тысяч крон, т. е. немного больше 5 тысяч рублей золотом. Их едва хватало на покупку судна и научных инструментов. Однако. Амундсен не унывал. Раз сам Нансен одобрил его план, все остальное пустяки! Он справится со всеми трудностями – они на то и существуют, чтобы их преодолевать. И вот Амундсен впервые вступил на путь постоянных финансовых затруднений, постоянной борьбы за собирание нужных средств. Этот поистине тернистый и трудный путь, которым следуют почти все знаменитые исследователи и путешественники капиталистического мира, был его уделом в течение всей его жизни. Перебиваясь кое-как, по грошам сколачивая нужные средства, приступил он к самостоятельной исследовательской деятельности в 1901 году и кончил свою жизнь через двадцать семь лет всемирно известным полярным исследователем, так и не успев выплатить долги всем своим кредиторам.

В молодости на всякие помехи и затруднения, в том числе и на денежные, смотрится легко, бодро и весело. Амундсен уехал на север в Тромсо – «полярную столицу», исходный пункт для многих крупнейших полярных экспедиций XX века—и купил там небольшое судно, промысловую яхту «Йоа» – всего в 47 тонн водоизмещением при длине в 72 фута и ширине в 11 футов. Она была построена в 1872 году – в том же самом году, когда родился Амундсен, – в Русендале, в Хардангере. Несколько сезонов на ней ходили на промысел сельди у норвежских берегов, а затем она была продана капитану X. К. Иоханнесену в Тромсо и стала совершать плавания в Ледовитом океане, зарекомендовав себя судном отличных мореходных качеств, смело вступавшим в борьбу с полярными льдами. Оснащена была «Йоа», как одномачтовая яхта; кроме того, на ней был поставлен керосиновый мотор «Дана» в 13,6 л. с.

Амундсен остановил свой выбор на таком небольшом судне не только из-за недостатка денежных средств. Нет! Он сознательно выбрал неглубоко сидящую в воде «Йоа». Печальный опыт многих других экспедиций, пытавшихся пройти северо-западным путем, показал ему, что на большом судне нечего и думать пройти этим трудным, узким и мелким фарватером. Будущее показало, что если бы «Йоа» сидела в воде всего фута на два глубже, то ни один из семи участников экспедиции не вернулся бы живым домой.

Через несколько недель после их знаменательного разговора Нансен снова встретился с Амундсеном.

– Ну, что же, сговорились вы с кем-нибудь из промышленников и идете в плавание? – спросил молодого моряка Нансен.

– Нет, я, не откладывая дела в долгий ящик, купил себе судно. Это яхта «Йоа»! Я хочу пойти на ней в промысловое плавание в Ледовитый океан на весну и лето. Буду бить тюленя, а чистая прибыль от промысла пойдет на расходы по подготовке к экспедиции.