-- Нас они не любят, -- говорит Оля.
-- Глупости. Ложитесь спать, -- произносит Юрий.
-- А как же? Разве нет? -- спрашиваю я.
-- Ничего нельзя знать, -- возражает Юрий, наклоняя голову на бок и раскидывая руки ладонями вверх.
-- К чему он ходит? -- говорю я, -- лежал бы себе спокойно. Что мы ему сделали?
-- Ты злой. Ты всегда был злым, -- отвечает Оля -- отца надо любить. У меня замирает сердце от мучительного чувства стыда, любви и болезненной жалости к самоубийце, но я говорю:
-- К чему он приходит ее мучить? Он натравливает на нас мать. Он велит ей, чтобы она кричала на нас.
Всем остановится страшно от этих слов. Я чувствую, что Юрий и Оля боятся меня и не любят за это.
-- И пусть. И хорошо, -- думаю я и говорю:
-- Разве не так? -- у меня бьется сердце, -- пока его нет, все хорошо, но если он начинает играть на рояле...