-- Все это так безвкусно! -- застенчиво промолвила кокотка с четвертого этажа, которая время от времени угождала моему хозяину.
-- Если бы я был владельцем, -- хриплым голосом провозгласил отец известной оперной певицы, показавшись в свою очередь с белым бумажным колпаком на голове, -- то я бы показал этим мерзавцам, где раки зимуют.
-- Бесспорно! -- примкнув к этому хору, заметил возлюбленный кокотки с третьего этажа.
-- Это поистине дом дебошей! -- заметила одна старая дева, которая жила рентой, оставленной ей ее бывшим патроном, при котором она исполняла роль компаньонки.
-- Впрочем, здесь те еще "штучки" живут, -- буркнул профессор университета, панически боявшийся женщин легкого поведения и им подобных.
При слове "штучки" внезапно оскорбленные обитатели дома излили весь свой гнев на несчастного профессора.
-- Вы им сами под пару, -- сказала жилица с третьего этажа.
-- Если вы выползете из своей конуры, то я уже вам кое-что покажу, -- прибавил ее возлюбленный.
Брань приняла совсем иное направление; забыли о моем хозяине и об его подругах, и жильцы начали ссориться между собой.
Тогда в четырех окнах нашей квартиры поместились Лизетта, Мария, Марта и мой хозяин.