Перрина согласилась, что жених не молод и не пригож, но она считала, что нет большей беды, чем остаться в девицах, поэтому стала доказывать Коломбе, что куда лучше выйти замуж за безобразного, зато богатого старика вельможу, чем быть старой девой. Все эти разглагольствования дуэньи до глубины души возмутили Коломбу, и она вернулась к себе в комнату, оставив в одиночестве Перрину, которая была наделена весьма живым воображением и уже мечтала о том, как из воспитательницы мадмуазель Коломбы она возвысится до звания дамы-компаньонки графини д’Орбек.
А в это время прево и граф осматривали Большой Йельский замок, как часом раньше осматривали его Перрина и Асканио.
Было бы забавно, если бы у стен были не только уши, но еще и глаза и язык и если бы они рассказывали всем проходящим о том, что видели и слышали.
Но стены молча смотрели на прево и казнохранителя, быть может, смеясь на свой, стенной лад; поэтому заговорил уже известный нам хранитель королевской казны.
— Право же, — рассуждал он, идя по двору от Малого к Большому Нельскому замку, — право же, наша крошка очень хороша. Такая жена мне и нужна, дружище д’Эстур-виль, — благоразумная, чистая, воспитанная. Отгремит первая гроза, и наступят погожие дни, поверьте мне. Все юные девицы мечтают о молодом, красивом и богатом муже — уж я-то их знаю. Господи Боже! У меня-то есть, по крайней мере, половина всех этих качеств!
Поговорив о невесте, он завел речь о будущих владениях, притом говорил и о девушке, и о приданом одинаковым тоном.
— Вот он, старинный Нельский замок! — воскликнул казнохранитель. — Покои отменные, благодарствую. Здесь нам будет чудесно — жене, мне и королевским сокровищам. Вот тут будут наши покои, вон там я буду держать казну, а тут — челядь. Однако ж все здесь изрядно пообветшало, но, потратившись на починку — причем мы уговорим расплатиться за все его величество, — мы тут отлично заживем. Кстати, д’Эстурвиль, а ты твердо уверен, что это имение сохранится за тобой? Ты должен сделать так, чтобы тебя ввели в права владения. Насколько мне помнится, король не жаловал тебя дарственной.
— Замка он мне не даровал, что верно, то верно! — с хохотом подтвердил прево. — Зато он позволил мне занять его, а это почти одно и то же.
— Ну, а если кто-нибудь сыграет с тобой злую шутку, добившись дарственной на замок?
— Э, сумасброду будет оказан плохой прием, ручаюсь, пусть только попробует предъявить свои права! Вы с госпожой д’Этамп поддержите меня, и я заставлю молодчика раскаяться в его притязаниях. Да что ты, я совершенно спокоен: Нельский замок принадлежит мне, и это так же верно, дружище, как то, что моя дочь Коломба — твоя невеста. Отправляйся же с Богом да возвращайся побыстрее.