В ту минуту, когда Герман велел передать Бенвенуто, что дверь вот-вот поддастся, прево решил сделать последнюю попытку; ему удалось приободрить своих вояк, и град камней посыпался с новой силой; но почти тотчас же два выстрела из аркебузы снова остудили пыл осажденных, разожженный угрозами и посулами мессира Робера; они притихли и попрятались. Видя это, мессир Робер самолично двинулся вперед и, взяв обеими руками огромный камень, собрался сбросить его на голову Герману.
Но Бенвенуто был не из тех, кого можно застигнуть врасплох. Заметив, что неосмотрительный враг подошел туда, куда уже никто не смел приблизиться, он прицелился. Но в тот миг, когда Челлини собрался спустить курок, Асканио с криком отвел рукой ствол аркебузы, и оружие выстрелило в воздух. Дело в том, что Асканио узнал отца Коломбы.
Разъяренный Бенвенуто хотел было потребовать у Асканио объяснений, но в этот миг камень, сброшенный прево, упал прямо на каску Германа. Несмотря на всю свою силищу, современный титан не смог справиться с этим Пелионом; он выпустил бревно, вытянул руки, как бы ища опоры, и, не найдя ее, со страшным грохотом упал, потеряв сознание.
И осаждаемые, и осажденные хором закричали. Жан-Малыш и трое-четверо подмастерьев, стоявших поблизости, бросились к силачу, отнесли его подальше от стены и стали приводить в чувство. Но в этот миг дверь и ворота Нельского замка распахнулись, и прево во главе пятнадцати стражников ринулся к раненому, причем все они так ловко орудовали шпагами, что Жану и трем его товарищам пришлось отступить, несмотря на подбадривающие крики Бенвенуто, его уговоры держаться и обещание прийти на выручку. И прево воспользовался этим. Восемь человек схватили Германа, который так и не пришел в себя, за руки и за ноги, семеро же встали перед отрядом для его защиты, и, пока Челлини, Асканио, Жак Обри и трое или четверо их товарищей, находившихся на верхушке башни, спускались с высоты четырех-пяти этажей, Германа уже вносили в Большой Нельский замок; и не успел Челлини с аркебузой наготове показаться в дверях башни, как ворота замка захлопнулись за последним стрелком из отряда прево.
Нечего скрывать — это было поражение, и поражение нешуточное. Челлини, Асканио и их друзья выстрелами из аркебуз уложили трех-четырех осажденных, но потеря трех-четырех стражников не нанесла такого урона прево, как потеря Германа — Челлини.
Осаждающие на миг растерялись.
Вдруг Асканио и Челлини переглянулись.
— У меня есть план, — сказал Челлини, глядя налево, в сторону города.
— И у меня тоже, — ответил Асканио, глядя направо, в сторону полей.
— Я придумал, каким способом выманить стражу из замка.