-- Арестовать меня?
-- Да, сударь, и с ними судья.
-- Что бы это значило? -- спросил ван Берле, сжимая в руке обе луковички и устремляя растерянный взгляд на лестницу.
-- Они идут, они идут наверх! -- закричал слуга.
-- О мой благородный господин, о мое дорогое дитя! -- кричала кормилица, которая тоже вошла в сушильню. -- Возьмите золото, драгоценности и бегите, бегите!
-- Но каким путем я могу бежать? -- спросил ван Берле.
-- Прыгайте в окно!
-- Двадцать пять футов.
-- Вы упадете на пласт мягкой земли.
-- Да, но я упаду на мои тюльпаны.