Судья обернулся, чтобы окинуть взглядом весь кабинет.
-- Какую комнату в вашем доме называют сушильней? -- спросил он.
-- Мы как раз в ней находимся.
Судья взглянул на небольшую записку, лежавшую поверх бумаг, которые он держал в руке.
-- Хорошо, -- сказал он с уверенностью и повернулся к Корнелиусу. -- Вы мне выдадите эти бумаги? -- спросил он.
-- Но я не могу, господин ван Спеннен, эти бумаги не мои, они мне отданы на хранение и потому неприкосновенны.
-- Доктор Корнелиус, -- сказал судья, -- именем правительства я приказываю вам открыть этот ящик и выдать мне бумаги, которые там спрятаны. -- И судья пальцем указал на третий ящик шкафа, стоящего у камина.
Действительно, в этом ящике и лежал пакет, который главный инспектор плотин передал своему крестнику; было очевидно, что полиция прекрасно осведомлена обо всем.
-- А, вы не хотите, -- сказал ван Спеннен, увидев, что ошеломленный Корнелиус не двигается с места. -- Тогда я открою сам.
Судья выдвинул ящик во всю его длину и раньше всего наткнулся на десятка два луковиц, заботливо уложенных рядами и снабженных надписями, затем он нашел и пакет с бумагами, который был точно в том же виде, в каком его вручил своему крестнику несчастный Корнель де Витт.