— Что ж такого? — не унимался Портос. — Нами просто любуются!
— Ну а я, — отвечал д’Артаньян, — вовсе не собираюсь сейчас чваниться. Я заметил, Портос, людей в черном, а при нынешних обстоятельствах, должен признаться, я побаиваюсь людей, одетых в черное.
— Это таможенники, — объяснил Арамис.
— При прежнем кардинале, — сказал Атос, — на нас обратили бы больше внимания, чем на товары. А при этом, успокойтесь, друзья, будут больше смотреть на товары, чем на нас.
— Я все-таки чувствую себя не совсем уверенно, — проговорил д’Артаньян, — и потому направлюсь в дюны.
— Отчего не в город? — спросил Портос. — Я всегда предпочту хорошую гостиницу этим пескам, которые господь сотворил, кажется, для одних кроликов. Кроме того, я хочу есть.
— Делайте, Портос, как хотите, — отвечал д’Артаньян. — Ну а я убежден, что для людей в нашем положении самое покойное место — пустыня.
И д’Артаньян, уверенный, что на его стороне большинство, направился, не дожидаясь ответа Портоса, к дюнам. Все его спутники последовали за ним и вскоре скрылись за песчаным пригорком, не обратив на себя ничьего внимания.
— Ну а теперь, — заговорил Арамис, когда прошли около четверти мили, — поговорим.
— Нет, нет, — возразил д’Артаньян, — напротив, бежим дальше. Мы ускользнули от Кромвеля, от Мордаунта, от моря; это были три чудовища, которые готовились нас поглотить, но от господина Мазарини нам не ускользнуть.