— Я слышал, — сказал Портос, — что некий Милон Кротонский проделывал удивительные вещи: он стягивал себе голову веревкой и движением головных мускулов разрывал ее, ударом кулака сваливал с ног быка и уносил его на своих плечах, останавливал лошадь на бегу за задние ноги и тому подобное. Узнав об этом, я проделывал в Пьерфоне все то же, что и Милон, за исключением одного: не мог разорвать головой веревку.
— Это потому, что сила у вас не в голове, — сказал д’Артаньян.
— Да, она у меня в руках и в плечах, — наивно ответил Портос.
— Итак, мой друг, подойдите к окну и пустите вашу силу в ход: сломайте решетку. Подождите, дайте мне погасить лампу.
Глава 44
Сила и ум (Продолжение)
Портос подошел к окну, взял один из железных прутьев обеими руками, потянул его к себе и согнул, как лук, так что оба конца вышли из своих гнезд, где они, скрепленные цементом, плотно сидели тридцать лет.
— Вот, мой друг, — сказал д’Артаньян, — чего не мог бы сделать кардинал, несмотря на все свои дарования.
— Выдернуть еще один? — спросил Портос.
— Нет, одного вполне достаточно: теперь человек тут пройдет.