— Я повернусь влево, так что он окажется по правую руку от вас, когда встанет на скамью.
— А если он не встанет?
— Встанет, будьте покойны. В тот момент, когда он встанет на скамью, протяните вашу страшную руку и схватите его за горло. Потом приподнимите его, как Товия поднял рыбу за жабры, и втащите в нашу комнату, стараясь прижимать его посильнее, чтобы он не крикнул.
— Хорошо, — сказал Портос. — А если я задушу его?
— Одним швейцарцем будет меньше. Но этого, надеюсь, не случится. Вы осторожно положите его здесь, мы свяжем его и, засунув в рот кляп, приищем где-нибудь для него местечко. Таким образом мы достанем для начала мундир и шпагу.
— Чудесно! — сказал Портос, глядя на д’Артаньяна с глубочайшим восхищением. — Но одного мундира и одной шпаги мало для двоих.
— Так что же? Ведь есть еще его товарищ…
— Вы правы, — сказал Портос.
— Итак, когда я кашляну, протяните руку, это будет сигналом.
— Хорошо.