— Но знаете ли вы, что он стал нашим другом? — спросил д’Артаньян.
— Нет, не знал. Он, видно, незлопамятен.
— Вы ошибаетесь, Портос, — возразил д’Артаньян, — это я незлопамятен.
Портос не совсем понял эти слова, но, как мы знаем, он не отличался сообразительностью.
— Так вы говорите, — продолжал он, — что граф Рошфор говорил обо мне кардиналу?
— Да, а затем королева.
— Королева?
— Чтобы внушить нам доверие к нему, она даже дала ему знаменитый алмаз, помните, который я продал господину Дезэссару и который, не знаю каким образом, снова очутился в ее руках.
— Но мне кажется, — заметил Портос со свойственным ему неуклюжим здравомыслием, — она бы лучше сделала, если б возвратила его вам.
— Я тоже так думаю, — ответил д’Артаньян. — Но что поделаешь, у королей и королев бывают иногда странные причуды. А так как в конце концов в их власти богатство и почести и от них исходят деньги и титулы, то и питаешь к ним преданность.