— Однако с вами не случилось никакой беды; это не так-то мало.
— А какая беда могла бы со мной случиться? Есть латинский стих (я его забыл, да, пожалуй, никогда и не знал твердо): «Молния не ударяет в долины». А я долина, дорогой Рошфор, и одна из самых низких.
— Значит, Мазарини по-прежнему Мазарини?
— Больше чем когда-либо, мой милый; говорят, он муж королевы.
— Муж!
— Если он не муж ее, то уж наверное любовник.
— Устоять против Бекингэма и сдаться Мазарини!
— Таковы женщины! — философски заметил д’Артаньян.
— Женщины — пусть их; но королевы!..
— Ах, бог ты мой, в этом отношении королевы — женщины вдвойне.