— Да, да, сударь, это я, — раздался жалобный голос, и какая-то тень зашевелилась на краю дороги.
Портос бросился к своему управляющему, к которому был искренне привязан.
— Ты опасно ранен, милый мой Мустон? — спросил он.
— Мустон! — повторил Гримо, раскрыв глаза от изумления.
— Нет, сударь, думаю, что нет; только я ранен в очень неудобное место.
— Так что ты верхом ехать не можешь?
— Что вы, сударь, куда уж тут!
— А пешком идти можешь?
— Постараюсь добраться до первого дома.
— Как быть? — сказал д’Артаньян. — Нам необходимо вернуться в Париж.