Он помолчал несколько секунд, глядя на посланца с еще большим вниманием, чем вначале.
Молодой человек казался совершенно бесстрастным. «Черт бы побрал этих пуритан, — подумал Мазарини, — все они точно каменные».
Затем он спросил:
— Но у вас есть родственники?
— Да, есть один, монсеньор.
— Он, конечно, помогает вам?
— Я три раза являлся к нему, умоляя о помощи, и три раза он приказывал лакеям прогнать меня.
— О боже мой, дорогой господин Мордаунт! — воскликнул Мазарини, надеясь своим притворным состраданием завлечь молодого человека в какую-нибудь ловушку. — Боже мой! Как трогателен ваш рассказ! Значит, вы ничего не знаете о своем рождении?
— Я узнал о нем очень недавно.
— А до тех пор?