— Разве я сказал: «живым или мертвым»? Это просто такое выражение. Вы знаете, я вообще плохо владею французским языком, на котором вы, господин коадъютор, так хорошо говорите и пишете.
— Вот так заседание государственного совета, — сказал д’Артаньян Портосу, — мы с Атосом и Арамисом в Ла-Рошели советовались совсем по-другому.
— В бастионе Сен-Жерве.
— И там, и в других местах.
Коадъютор выслушал все эти речи и продолжал с прежним хладнокровием.
— Если ваше величество не одобряет моего совета, — сказал он, — то, очевидно, от того, что вам известен лучший путь. Я слишком хорошо знаю мудрость вашего величества и ваших советников, чтобы предположить, что столица будет оставлена надолго в таком волнении, которое может повести за собой революцию.
— Итак, по вашему мнению, — возразила с усмешкой испанка, кусая губы от гнева, — вчерашнее возмущение, превратившееся сегодня в восстание, может завтра перейти в революцию?
— Да, ваше величество, — ответил серьезно Гонди.
— Послушать вас, сударь, так можно подумать, что народы утратили всякое почтение к законной власти.
— Этот год несчастлив для королей, — отвечал Гонди, качая головой. — Посмотрите, что делается в Англии.