— Я.
— Как его звали?
— Лорд Винтер.
— Ваш дядя! — воскликнул Кромвель. — Мой дядя? — ответил Мордаунт.
— Изменники Англии мне не родственники.
Кромвель с минуту задумчиво смотрел на молодого человека; затем сказал с глубокой грустью, которую так хорошо изображает Шекспир:
— Мордаунт, вы беспощадный слуга.
— Когда господь повелевает, — сказал Мордаунт, — нельзя рассуждать. Авраам поднял нож на Исаака, который был его сыном.
— Да, — сказал Кромвель, — но господь не допустил этого жертвоприношения.