Кромвель с удивлением посмотрел на него.
Молодой человек хранил бесстрастное выражение лица.
— Да, — сказал Кромвель, — с тех пор как я вас знаю, вы не только исполняли ваш долг, но, более того, были верным другом, искусным посредником и отличным солдатом.
— Вы не забыли, генерал, что мне первому пришла в голову мысль вступить в переговоры с шотландцами о выдаче короля?
— Да, эта мысль была ваша. Я еще не настолько презираю людей.
— Был ли я хорошим послом во Франции?
— Да, вы добились от Мазарини всего, чего я хотел.
— Не защищал ли я всегда горячо вашу славу и ваши интересы?
— Пожалуй, даже слишком горячо: в этом я вас только что упрекнул. Но к чему такие вопросы?
— Я хочу вам сказать, милорд, что настала минута, когда вы одним словом можете вознаградить меня за всю мою службу.