— Сразу же.
— Вы не забыли мой кошелек?
— Будьте покойны.
— Отлично!
Портос и Мушкетон, ведя каждый по две лошади, отправились к своему посту.
Между тем д’Артаньян, оставшись один, взял огниво, высек огонь и зажег им небольшой кусок трута. Затем он вскочил в седло и, подъехав к открытым воротам, остановился посреди солдат. Тут, лаская лошадь рукою, он вложил маленький кусочек зажженного трута ей в ухо.
Только такой хороший наездник, как д’Артаньян, мог решиться на подобное средство. Почувствовав ожог, лошадь заржала от боли, поднялась на дыбы и заметалась как бешеная.
Солдаты, чтобы она их не задавила, бросились врассыпную.
— Ко мне! Ко мне! — кричал д’Артаньян. — Держите! Держите! Моя лошадь взбесилась!
Действительно, глаза лошади налились кровью, и она вся покрылась пеной.