— Говорите! — согласился Арамис.
Портос с изумлением взирал на д’Артаньяна, поражаясь изворотливости его гасконского ума.
Д’Артаньян наполнил свой оловянный кубок и поднялся.
— Господа, — обратился он к своим товарищам, — предлагаю выпить за здоровье того, кому принадлежит первое место за этим обедом: за нашего полковника. Да будет ему известно, что мы к его услугам до самого Лондона и далее.
Произнося это приветствие, д’Артаньян смотрел на Гаррисона, Гаррисон принял тост на свой счет, поднялся, поклонился четырем друзьям и без малейшего сомнения осушил свой кубок. Между тем французские офицеры перевели свой взор на короля и выпили все вместе.
Карл, в свою очередь, протянул свой кубок Парри, который налил туда немного пива, ибо короля угощали тем же, чем и других. Поднеся кубок к губам, он взглянул на четырех друзей и выпил пиво с улыбкой, полной признательности.
— Ну а теперь, господа, — крикнул Гаррисон, ставя на стол свой кубок и не обращая никакого внимания на своего знатного пленника, — пора в путь.
— Где мы будем ночевать, полковник?
— В Тэрске, — отвечал Гаррисон.
— Парри, — сказал король, поднимаясь и обращаясь к своему слуге, — вели подать моего коня. Я еду в Тэрск.