— Так что же?
— То, что ему будет скучно, если я не составлю ему партию.
— А он рьяный игрок?
— Я видел, как он до слез хохотал, проигрывая две тысячи пистолей.
— Так приводите его с собой.
— Но как же это можно сделать? А наши пленники?
— Ах, черт возьми, это правда! — заметил Грослоу. — Так пусть их постерегут ваши слуги.
— Чтобы они удрали! — сказал д’Артаньян. — Покорно благодарю.
— Значит, это знатные лица, раз вы ими так дорожите?
— Еще бы! Один — богатый дворянин из Турени, а другой — рыцарь мальтийского ордена, из очень знатного рода. За каждого из них мы выговорили себе по две тысячи фунтов стерлингов по прибытии во Францию. Мы ни на минуту не хотим упускать из виду этих людей, так как наши слуги знают, что они миллионеры. Мы их слегка обыскали, когда брали в плен, и скажу вам по секрету, что их-то денежки мы с дю Валлоном и проигрываем друг другу каждую ночь. Но может случиться, что они припрятали какой-нибудь драгоценный камень или редкостный брильянт, и поэтому мы с моим приятелем, как скряги, храним свое сокровище, не оставляя его ни на минуту. Мы глаз не спускаем с этих людей, и когда я сплю, дю Валлон бодрствует.