— А если сюда кто войдет? — сказал осторожный Планше. — Никто не видел, как я вошел, и ваши домашние примут меня за вора.
— Это правда, — сказал д’Артаньян. — Слушай, знаешь ты какое-нибудь провинциальное наречие?
— Лучше того, сударь, я знаю целый язык, — сказал Планше, — я говорю по-фламандски.
— Где ты, черт возьми, выучился ему?
— В Артуа, где я сражался два года. Слушайте: «Goeden morgen, myn heer! Ik ben begeeray te weeten the ge sond hects omstand».
— Что это значит?
— «Добрый день, сударь, позвольте осведомиться о состоянии вашего здоровья».
— И это называется язык! — сказал д’Артаньян. — Но все равно, это очень кстати.
Он подошел к двери, кликнул слугу и приказал позвать прекрасную Мадлен.
— Что вы делаете, сударь, — вскричал Планше, — вы хотите доверить тайну женщине!