-- Да здравствуетъ Франція! Да здравствуетъ Сен-Кентенъ! Да здравствуетъ король! воскликнули съ энтузіазмомъ всѣ присутствовавшіе.
-- А теперь, продолжалъ Габріэль:-- на укрѣпленія, къ труду!.. Да постарайтесь ободрить согражданъ своихъ, которые ждутъ васъ вонъ тамъ, на площади. Завтра у насъ будетъ -- клянусь вамъ -- сто новыхъ сподвижниковъ.
-- На укрѣпленія! закричали горожане.
И тогда же, въ упоеніи радости и надежды, они извѣстили и увлекли за собою тѣхъ, которые не слыхали словъ избавителя, столь неожиданно посланнаго Богомъ погибавшему городу.
Благородный Колиньи слушалъ Габріэля молча, съ удивленіемъ и восторгомъ. Какъ-скоро всѣ военные и Сен-Кентенцы, бывшіе на совѣтѣ, вышли съ радостными кликами изъ залы, Колиньи всталъ съ своего мѣста, подошелъ къ молодому человѣку и сказалъ, сжимая ему руку:
-- Благодарю васъ. Вы спасли Сен-Кентенъ и меня отъ стыда; вы, быть-можетъ, спасли Францію и короля отъ гибели.
-- О, я еще ничего не сдѣлалъ! отвѣчалъ Габріэль.-- Теперь мнѣ надобно возвратиться къ Вольпергу; а пробраться къ нему и привести сюда сто копейщиковъ, обѣщанныхъ мною, можетъ помочь мнѣ только одинъ Богъ... Его-то должно будетъ благодарить, а не меня, если Сен-Кентенъ не сдастся непріятелю еще десять дней.
IX.
Маленькая неудача Мартэна-Герра.
Габріэль разговаривалъ съ адмираломъ еще довольно-долго. Твердость, мужество и познанія молодаго человѣка, который разсуждалъ о стратегіи, какъ опытный полководецъ, о крѣпостныхъ работахъ, какъ инженеръ, и о нравственномъ вліяніи, какъ старикъ, изумили Колиньи. Съ другой стороны, Габріэля восхитили благородство характера Колиньи, его доброта и рѣдкая совѣстливость, или, лучше сказать, добросовѣстность. Да, племянникъ не походилъ на дядю! И за то, какой-нибудь часъ разговора сблизилъ адмирала и Габріэля, не смотря на все неравенство ихъ лѣтъ, такъ, какъ сближаетъ въ другихъ случаяхъ только продолжительное знакомство.