Габріэль задумался на минуту.
-- Я возьму Кале приступомъ, сказалъ онъ рѣшительнымъ голосомъ.-- До свиданія, милордъ!
Виконтъ поклонился и вышелъ; лордъ Уэнтвортъ стоялъ какъ окаменѣлый, не зная, бояться ему или хохотать.
Габріэль немедленно возвратился въ домъ братьевъ Пекуа.
Пьеръ Пекуа шлифовалъ клинокъ шпаги, Жанъ дѣлалъ узлы на веревкѣ, Бабета вздыхала.
Разсказавъ друзьямъ разговоръ свой съ губернаторомъ, Габріэль увѣдомилъ ихъ о своемъ немедленномъ отъѣздѣ, и не скрылъ отъ нихъ ничего, даже не скрылъ нѣсколько безразсудныхъ словъ, которыя произнесъ онъ, уходя отъ лорда Уэнтворта.
-- Теперь я пойду къ себѣ въ комнату, сказалъ Габріэль:-- приготовить все нужное къ отъѣзду, и оставлю васъ, Пьера -- шлифовать шпаги, Жана крутить веревки, а Бабету -- вздыхать.
Габріэль, дѣйствительно, пошелъ въ свою комнату, поскорѣе приготовить всѣ вещи для отъѣзда. Теперь, получивъ свободу, отважный молодой человѣкъ спѣшилъ отправиться въ Парижъ для спасенія своего отца, и потомъ воротиться въ Кале для спасенія Діаны.
Черезъ полчаса, выходя изъ своей комнаты, Габріэль встрѣтилъ на площадкѣ лѣстницы Бабету Пекуа.
-- Вы ѣдете, господинъ виконтъ? сказала она:-- и не спросите, о чемъ я плачу?