-- Намъ угрожаютъ другія обстоятельства, которыя ближе къ намъ, хотя столь же ужасны, печально сказалъ Монморанси, опустивъ голову.
-- Какія же это обстоятельства?
-- Діана, или вы потеряли память, или только подаете видъ, будто не знаете, кто отправился въ Кале съ герцогомъ Гизомъ, кто, по всей вѣроятности, внушилъ ему это дерзкое предпріятіе, кто возвратится сюда съ торжествомъ, если только герцогъ восторжествуетъ, и, можетъ-быть, умѣя воспользоваться благосклонностью господина Гиза, присвоитъ себѣ честь побѣды?
-- Вы говорите о виконтѣ д'Эксме? спросила Діана.
-- О комъ же больше? Если вы позабыли его дерзкое обѣщаніе, д'Эксме хорошо его помнитъ. Онъ способенъ явиться къ королю и громко требовать, чтобъ его величество сдержалъ свое слово.
-- Не можетъ быть! вскричала Діана.
-- Что же вамъ кажется невозможнымъ? Чтобъ виконтъ д'Эксме сдержалъ свое слово, или чтобъ король сдержалъ свое?
-- Обѣ крайности равно безумцы.
-- Если же первая осуществится, сказалъ коннетабль:-- необходимо осуществится и вторая; король слабъ, гдѣ вопросы касаются чести; онъ очень способенъ выказать свою рыцарскую справедливость и такимъ образомъ отдать свою и нашу тайну въ руки враговъ...
-- Еще разъ, это безумная мечта! вскричала, поблѣднѣвъ, Діана.