Но измѣна сразила непобѣдимаго. Какой-то предатель извѣстилъ Мартиньйона о тайномъ отъѣздѣ Монгомери въ Данфоръ, въ сопровожденіи только сорока всадниковъ.
Мартиньйонъ не столько заботился о взятіи Сен-Ло, сколько о взятіи самого Монгомери и, поручивъ осаду одному изъ своихъ генераловъ, поспѣшилъ къ Данфору съ двумя полками, шестью-стами всадниковъ и сильною артиллеріей.
Всякій, на мѣстѣ Габріэля Монгомери, сдался бы тотчасъ, не пытаясь на безполезное сопротивленіе; но Габріэль, съ четырьмя десятками людей, захотѣлъ состязаться съ арміей.
Надо читать въ исторіи Де-Ту разсказъ объ этой невѣроятной осадѣ.
Данфоръ держался двѣнадцать дней. Въ-теченіе этого времени, графъ Монгомери сдѣлалъ семь отчаянныхъ вылазокъ. Наконецъ, когда городскія стѣны были пробиты насквозь, и качаясь уже принадлежали непріятелю, Габріэль оставилъ ихъ и удалился сражаться въ башнѣ, называемой башнею Гильйома де-Беллема.
Съ Монгомери было только тридцать человѣкъ.
Мартиньйонъ приказалъ начать аттаку. У него было пять большихъ пушекъ, пять-сотъ кирасировъ изъ дворянъ, семь-сотъ мушкетеровъ и сто цикеровъ.
Осада продолжалась пять часовъ. Старая башня выдержала шестьсотъ пушечныхъ выстрѣловъ.
Вечеромъ, у Монгомери осталось только шестнадцать человѣкъ, но онъ еще не сдавался и провелъ ночь, поправляя брешь, какъ простой работникъ.
Приступъ начался поутру. Между-тѣмъ, Мартиньйонъ получилъ ночью новыя вспомогательныя войска, такъ-что вокругъ башни Гильйома де-Беллема и ея семнадцати воиновъ стояло пятнадцать тысячь солдатъ и восьмнадцать пушекъ.