-- Ах, господин де Вильфор! Мы же знаем, что значат прошения: министр получает их по двести в день и не прочитывает и четырех.
-- Да, -- сказал Вильфор, -- но он прочтет прошение, посланное мною, снабженное моей припиской и исходящее непосредственно от меня.
-- И вы возьметесь препроводить ему это прошение?
-- С величайшим удовольствием. Дантес раньше мог быть виновен, но теперь он не виновен; и я обязан возвратить ему свободу, так же как был обязан заключить его в тюрьму.
Вильфор предотвращал таким образом опасное для него следствие, маловероятное, но все-таки возможное, -- следствие, которое погубило бы его безвозвратно.
-- А как нужно писать министру?
-- Садитесь сюда, господин Моррель, -- сказал Вильфор, уступая ему свое место. -- Я вам продиктую.
-- Вы будете так добры?
-- Помилуйте! Но не будем терять времени, и так уж довольно потеряно.
-- Да, да! Вспомним, что бедняга ждет, страдает, может быть, отчаивается.