Вильфор произнес последние слова с исступленной яростью, почти свирепо.
-- Но вы говорите, -- возразила г-жа Данглар, делая последнюю попытку, -- что этот молодой человек -- бродяга, сирота, всеми брошенный?
-- Тем хуже; вернее, тем лучше. Провидение сделало его таким, чтобы некому было оплакивать его.
-- Вы нападаете на слабого, сударь!
-- Убийца -- слабый?
-- Его позор пятнает мой дом.
-- А разве мой дом не отмечен смертью?
-- Вы безжалостны к другим, -- воскликнула баронесса. -- Так запомните мои слова: к вам тоже будут безжалостны.
-- Пусть так! -- сказал Вильфор, угрожающим жестом простирая руки к небу.
-- Хотя бы отложите дело этого несчастного, если его арестуют, до следующей сессии; пройдет полгода, и все забудется.