-- Боже мой, боже мой! -- повторяла Валентина; ей казалось, что она сходит с ума. -- Но разве я не могу уйти из дому, убежать?..
-- Валентина, рука, которая вас преследует, настигнет вас повсюду; золото купит ваших слуг, и смерть будет ждать вас во всех обличьях: в глотке воды из ручья, в плоде, сорванном с дерева.
-- Но ведь вы сами сказали, что дедушка приучил меня к яду.
-- Да, к одному яду, и притом в малой дозе; но яд переменят или усилят дозу.
Он взял стакан и омочил губы.
-- Так и есть! -- сказал он. -- Вас хотят отравить уже не бруцином, а простым наркотиком. Я узнаю вкус спирта, в котором его растворили. Если бы вы выпили то, что госпожа де Вильфор налила сейчас в этот стакан, Валентина, вы бы погибли!
-- Господи! -- воскликнула девушка. -- Но за что она меня преследует?
-- Неужели вы так чисты сердцем, так далеки от всякого зла, что еще не поняли?
-- Нет, -- сказала Валентина, -- я ей ничего не сделала.
-- Да ведь вы богаты, Валентина, у вас двести тысяч ливров годового дохода, и эти двести тысяч вы отнимаете у ее сына.