Она проснулась, когда часы били восемь.
Удивленная непробудным сном больной, испуганная свесившейся рукой, которой спящая так и не шевельнула, сиделка подошла к кровати и только тогда заметила похолодевшие губы и остывшую грудь.
Она хотела поднять руку Валентины, но закоченевшая рука была так неподатлива, что сиделка поняла все.
Она в ужасе вскрикнула и бросилась к двери.
-- Помогите! -- закричала она. -- Помогите!
-- Что случилось? -- ответил снизу голос д'Авриньи. Это был час его ежедневного визита.
-- Что случилось? -- послышался голос Вильфора, быстро выходящего из кабинета. -- Доктор, вы слышите, зовут на помощь?
-- Да, да, -- отвечал д'Авриньи, -- идем, идем скорее к Валентине.
Но прежде чем подоспели отец и доктор, слуги, находившиеся в комнатах и коридорах того же этажа, уже вошли и, увидев Валентину, бледную и неподвижную на кровати, в отчаянии ломали руки.
-- Позовите госпожу де Вильфор, разбудите госпожу де Вильфор, -- кричал королевский прокурор, стоя на пороге, которого он, казалось, не смел переступить.