-- Это один из лучших банкирских домов в Европе, -- сказал Данглар, небрежно бросая на стол взятую им из рук Бовиля расписку.
-- И на его счету было пять миллионов только у вас? Да это какой-то набоб, этот граф Монте-Кристо!
-- Я уж, право, не знаю, кто он такой, но у него было три неограниченных кредита: один у меня, другой у Ротшильда, третий у Лаффита; и, как видите, -- небрежно добавил Данглар, -- он отдал предпочтение мне и оставил сто тысяч франков на лаж.
Бовиль выказал все признаки величайшего восхищения.
-- Нужно будет его навестить, -- сказал он. -- Я постараюсь, чтобы он основал у нас какое-нибудь благотворительное заведение.
-- И это дело верное; он одной милостыни раздает больше, чем на двадцать тысяч франков в месяц.
-- Это замечательно! Притом я ему поставлю в пример госпожу де Морсер и ее сына.
-- В каком отношении?
-- Они пожертвовали все свое состояние приютам.
-- Какое состояние?