Дантес рассматривал все эти вещи с таким же любопытством, с каким, бывало, в марсельских лавках редкостей разглядывал орудия, сделанные дикарями и привезенные с южных островов капитанами дальнего плавания.
-- Что же касается чернил, -- сказал Фариа, -- то вы знаете, из чего я их делаю; я изготовляю их по мере надобности.
-- Теперь я удивляюсь только одному, -- сказал Дантес, -- как вам хватило дней на всю эту работу.
-- Я работал и по ночам, -- сказал Фариа.
-- По ночам? Что же вы, как кошка, видите ночью?
-- Нет; но бог дал человеку ум, который возмещает несовершенство чувств; я создал себе освещение.
-- Каким образом?
-- От говядины, которую мне дают, я срезаю жир, растапливаю его и извлекаю чистое сало; вот мой светильник.
И аббат показал Дантесу плошку, вроде тех, которыми освещают улицы в торжественные дни.
-- А огонь?