У аббата вырвался подавленный стон.
-- Мой рассказ вас занимает, господин аббат? -- спросил Кадрусс.
-- Да, -- отвечал аббат, -- он очень трогателен.
-- Мерседес пришла во второй раз; она нашла в нем такую перемену, что, как и в первый раз, хотела взять его к себе. Господин Моррель был того же мнения и хотел перевезти его силой. Но старик так страшно кричал, что они испугались. Мерседес осталась у его постели, а господин Моррель ушел, сделав ей знак, что оставляет кошелек с деньгами на камине. Но старик, вооруженный докторским предписанием, ничего не хотел есть. Наконец, после девятидневного поста он умер, проклиная тех, кто был причиной его несчастья. Он говорил Мерседес:
"Если вы когда-нибудь увидите Эдмона, скажите ему, что я умер, благословляя его".
Аббат встал, прошелся два раза по комнате, прижимая дрожащую руку к пересохшему горлу.
-- И вы полагаете, что он умер...
-- С голоду, господин аббат, с голоду! -- отвечал Кадрусс. -- Я в этом так же уверен, как в том, что мы с вами христиане.
Аббат судорожно схватил наполовину полный стакан с водой, выпил его залпом и с покрасневшими глазами и бледным лицом снова сел на свое место.
-- Согласитесь, что это большое несчастье, -- сказал он глухим голосом.