Жюли колебалась; она решила спросить совета.
И по какому-то необъяснимому побуждению пошла искать помощи не к матери и не к брату, а к Эмманюелю.
Она спустилась вниз, рассказала ему, что случилось в тот день, когда к отцу ее явился посланный банкирского дома Томсон и Френч, рассказала про сцену на лестнице, про данное ею обещание и показала письмо.
-- Вы должны идти, -- сказал Эмманюель.
-- Идти туда? -- прошептала Жюли.
-- Да, я вас провожу.
-- Но ведь вы читали, что я должна быть одна?
-- Вы и будете одна, -- отвечал Эмманюель, -- я подожду вас на углу Музейной улицы; если вы задержитесь слишком долго, я пойду следом за вами -- и горе тому, на кого вы мне пожалуетесь!
-- Так вы думаете, Эмманюель, -- нерешительно сказала девушка, -- что я должна последовать этому приглашению?
-- Да. Ведь сказал же вам посланный, что дело идет о спасении вашего отца?