И она бросилась в его объятия, подымая в руке красный шелковый кошелек.
-- Спасен, дитя мое? -- воскликнул Моррель. -- Кем или чем?
-- Да, спасены! Вот, смотрите, смотрите! -- кричала Жюли.
Моррель взял кошелек и вздрогнул: он смутно припомнил, что этот кошелек когда-то принадлежал ему.
В одном из его углов лежал вексель на двести восемьдесят семь тысяч пятьсот франков.
Вексель был погашен.
В другом -- алмаз величиною с орех со следующей надписью, сделанной на клочке пергамента:
Приданое Жюли.
Моррель провел рукой по лбу: ему казалось, что он грезит.
Часы начали бить одиннадцать.