-- Но через полтора часа она ею будет!
Все вскрикнули от удивления, кроме старика Дантеса, который широко осклабился, показывая еще крепкие зубы. Мерседес улыбнулась, но уже не покраснела. Фернан судорожно схватился за ручку своего ножа.
-- Через полтора часа! -- сказал Данглар, тоже побледнев. -- Как так?
-- Да, друзья мои, -- отвечал Дантес, -- благодаря содействию господина Морреля, которому, после моего отца, я обязан больше всех на свете, все препятствия устранены. Мы сделали денежный взнос, чтобы обойтись без оглашения, и в половине третьего марсельский мэр ждет нас в ратуше. А так как уже пробило четверть второго, то едва ли я очень ошибусь, если скажу, что через час и тридцать минут Мерседес будет называться госпожою Дантес.
Фернан закрыл глаза: огненный туман обжег ему веки; он облокотился на стол, чтобы не упасть, и, несмотря на все свои усилия, не мог удержать стона, который потонул в хохоте и шумных возгласах гостей.
-- Вот это дело, как вы находите? -- сказал старик Дантес. -- Это называется не терять времени! Вчера утром приехал. Сегодня в три часа женат! Только моряки так умеют!
-- Но разные формальности, -- нерешительно вставил Данглар, -- контракт, бумаги?..
-- Контракт! -- сказал Дантес смеясь. -- Контракт готов. У Мерседес ничего нет, у меня тоже! Все у нас общее... Это недолго было написать, да и стоит недорого.
Эта шутка вызвала новый взрыв хохота и рукоплесканий.
-- Значит, мы присутствуем не на обручении, -- сказал Данглар, -- а попросту на свадьбе.