-- Не будет ли с моей стороны нескромностью попросить вас показать нам эти драгоценные пилюли? -- продолжал Бошан, надеясь захватить чужестранца врасплох.
-- Извольте.
И граф вынул из кармана очаровательную бонбоньерку, выточенную из цельного изумруда, с золотой крышечкой, которая, отвинчиваясь, пропускала шарик зеленоватого цвета величиною с горошину. Этот шарик издавал острый, въедливый запах. В изумрудной бонбоньерке лежало четыре или пять шариков, но она могла вместить и дюжину.
Бонбоньерка обошла стол по кругу, но гости брали ее друг у друга скорее для того, чтобы взглянуть на великолепный изумруд, чем чтобы посмотреть или понюхать пилюли.
-- И это угощение вам готовит ваш повар? -- спросил Бошан.
-- О нет, -- сказал Монте-Кристо, -- я не доверяю лучших моих наслаждений недостойным рукам. Я неплохой химик и сам приготовляю эти пилюли.
-- Великолепный изумруд! -- сказал Шато-Рено. -- Такого крупного я никогда не видал, хотя у моей матери есть недурные фамильные драгоценности.
-- У меня их было три таких, -- пояснил Монте-Кристо, -- один я подарил падишаху, который украсил им свою саблю; второй -- его святейшеству папе, который велел вставить его в свою тиару, против почти равноценного ему, но все же не такого красивого изумруда, подаренного его предшественнику Пию Седьмому императором Наполеоном; третий я оставил себе и велел выдолбить. Это наполовину обесценило его, но так было удобнее для того употребления, которое я хотел из него сделать.
Все с изумлением смотрели на Монте-Кристо; он говорил так просто, что ясно было: его слова либо чистая правда, либо бред безумца; однако изумруд, который он все еще держал в руках, заставлял придерживаться первого из этих предположений.
-- Что же дали вам эти два властителя взамен вашего великолепного подарка? -- спросил Дебрэ.