Потом, еще раз оглянувшись по сторонам, молодая женщина снова уселась на козетку.
-- Позвольте мне сказать вам, -- заявил граф, с уже знакомым нам простодушным видом, -- что вы слишком строги с этим очаровательным проказником.
-- Иначе нельзя, -- возразила г-жа де Вильфор с истинно материнским апломбом.
-- Эдуард цитировал нам Корнелия Непота, когда говорил о царе Митридате, -- сказал граф, -- и вы прервали его на цитате, доказывающей, что его учитель не теряет времени даром и что ваш сын очень развит для своих лет.
-- Вы правы, граф, -- отвечала польщенная мать, -- он очень способный ребенок и запоминает все, что захочет. У него только один недостаток: он слишком своеволен... но, возвращаясь к тому, что он сказал, граф, верите ли вы, что Митридат принимал эти меры предосторожности и что они оказывались действенными?
-- Я настолько этому верю, что сам прибегал к этому способу, чтобы не быть отравленным в Неаполе, Палермо и Смирне, то есть в трех случаях, когда мне пришлось бы проститься с жизнью, не прими я этих мер.
-- И это помогло?
-- Вполне.
-- Да, верно; я вспоминаю, что вы мне нечто подобное уже рассказывали в Перудже.
-- В самом деле? -- сказал граф, мастерски притворяясь удивленным. -- Я вовсе не помню этого.