Вокруг старика воцарилось глубокое молчание.
Нотариусы совещались друг с другом; Валентина с благодарной улыбкой смотрела на деда; Вильфор сжал свои тонкие губы; его жена не могла подавить радость, помимо ее воли выразившуюся на ее лице.
-- Но мне кажется, -- сказал наконец Вильфор, первым прерывая молчание, -- что я один призван судить, насколько нам подходит этот брак. Я один распоряжаюсь рукой моей дочери, я хочу, чтобы она вышла замуж за господина Франца д'Эпине, и она будет его женой.
Валентина, вся в слезах, опустилась в кресло.
-- Сударь, -- сказал нотариус, обращаясь к старику, -- как вы намерены распорядиться вашим состоянием в том случае, если мадемуазель Валентина выйдет замуж за господина д'Эпине?
Старик был недвижим.
-- Однако вы намерены им распорядиться?
-- Да, -- показал Нуартье.
-- В пользу кого-нибудь из вашей семьи?
-- Нет.