Почти сейчас же та дверь, за которой исчез священник, открылась снова, и появился Монте-Кристо.
-- Простите, дорогой барон, -- сказал он. -- Видите ли, в Париж только что прибыл один из моих добрых друзей, аббат Бузони; вы, вероятно, заметили его, он здесь проходил. Мы давно не видались, и у меня не хватило духу сразу же с ним расстаться. Надеюсь, вы меня поймете и извините, что я заставил вас ждать.
-- Помилуйте, -- сказал Данглар, -- это так естественно; я попал не вовремя и сейчас же удалюсь.
-- Ничего подобного, напротив, присаживайтесь, пожалуйста. Но, боже правый, что это с вами? У вас такой озабоченный вид; вы меня просто пугаете. Опечаленный капиталист подобен комете, он тоже всегда предвещает миру несчастье.
-- Дело в том, дорогой граф, что меня уже несколько дней преследуют неудачи, и я все время получаю дурные вести.
-- Ужасно! -- сказал Монте-Кристо. -- Вы опять проиграли на бирже?
-- Нет, это я бросил, по крайней мере на некоторое время; на этот раз просто одно банкротство в Триесте.
-- Вот как? Вы, вероятно, говорите о банкротстве Джакопо Манфреди?
-- Совершенно верно. Представьте себе, человек, который, не помню уже с каких пор, ведет со мной дела на восемьсот--девятьсот тысяч франков ежегодно. Ни разу ни одной задержки, ни одного недочета; человек расплачивался, как князь... который платит. Я авансирую ему миллион, и вдруг этот чертов Джакопо Манфреди приостанавливает платежи!
-- В самом деле?