-- Я жду отвѣта, ваше высочество, сказалъ Монсоро.
-- Графъ, отвѣчалъ принцъ: -- мнѣ кажется...
-- Вы знаете, ваше высочество, что со мною можете объясняться откровенно.
-- Мнѣ кажется, продолжалъ герцогъ: -- что такъ-какъ у брата моего нѣтъ дѣтей, то престолъ достанется мнѣ же; братъ мой здоровья слабаго... Зачѣмъ же мнѣ безпокоиться, зачѣмъ рисковать жизнію, именемъ, честію... любовію брата въ ничтожномъ, безполезномъ соперничествѣ? Зачѣмъ, наконецъ, буду я подвергаться опасностямъ для достиженія того, что уже принадлежитъ мнѣ по праву?
-- Въ этомъ-то вы и ошибаетесь, ваше высочество, сказалъ Монсоро: -- престолъ вашего брата будетъ принадлежать вамъ только въ такомъ случаѣ, если вы насильно возьмете его. Герцогъ де-Гизъ не можетъ быть королемъ, но Гизы выберутъ себѣ короля, если вы откажетесь принять предложеніе ихъ.
-- А кто дерзаетъ, вскричалъ герцогъ анжуйскій: -- кто дерзнетъ сесть на престолъ Карла-Великаго?
-- Принцъ изъ рода Бурбоновъ, такой же потомокъ Святаго-Лудовика.
-- Король наваррскій! вскричалъ Франсуа.
-- Отъ-чего же нѣтъ? Онъ молодъ, мужественъ; правда, у него нѣтъ дѣтей; но всѣмъ извѣстно, что онъ можетъ имѣть дѣтей.
-- Онъ гугенотъ.