Этотъ убійца направилъ кинжалъ къ груди молодаго графа, но послѣдній схватилъ его за руку, оборотилъ се и вонзилъ кинжалъ въ грудь злодѣя.
Изъ семнадцати человѣкъ оставался одинъ.
Тотъ бросился къ окну.
Бюсси послѣдовалъ за нимъ, но въ то же мгновеніе Монсоро, лежавшій на полу, поднялся и ножомъ ударилъ его въ ногу. Молодой человѣкъ вскрикнулъ, схватилъ съ полу шпагу и съ такою силою вонзилъ ее въ грудь обер-егерменетера, что пригвоздилъ его къ полу.
-- Можетъ-быть, и мнѣ не остаться въ живыхъ, вскричалъ Бюсси:-- но, по-крайней-мирѣ, ты умеръ отъ моей руки.
Монсоро хотѣлъ что-то отвѣчать, но послѣдній вздохъ вылетѣлъ изъ груди его.
Тогда Бюсси ползкомъ добрался до двери; кровь сильно струилась изъ двухъ ранъ въ ногѣ...
Онъ осмотрѣлся отуманившимся взоромъ...
Тучи разсѣялись; луна ярко свѣтила на небѣ; лучи ея проникали въ комнату, облитую кровію; они играли на оборванныхъ и пробитыхъ пулями обояхъ и придавали еще болѣе страшный видъ лицамъ мертвецовъ, сохранившимъ свирѣпое и грозное выраженіе отчаянныхъ убійцъ...
Невольная, возвышенная гордость проникла въ душу молодаго человѣка при взглядѣ на это зрѣлище.