-- Съ этого мы и намѣрены начать, господа, сказалъ Риберакъ: -- а потомъ уже приступить къ поединку.
-- Зачѣмъ терять напрасно слова? сказалъ д'Эпернонъ, схвативъ съ земли свою шпагу: -- приступимъ лучше прямо къ дѣлу.
-- Потише, потише, господинъ Гасконецъ, сказалъ Ливаро:-- вы были гораздо-смирнѣе, когда насъ было четверо противъ васъ четверыхъ.
-- Да развѣ мы виноваты въ томъ, что васъ теперь только трое? возразилъ д'Эпернонъ.
-- Да, вы виноваты! вскричалъ Антраге:-- Бюсси умеръ, потому-что на землѣ онъ былъ вамъ страшнѣе, нежели въ землѣ; у него отсѣкли руку, чтобъ эта рука не могла болѣе держать меча; ему на вѣки закрыли глаза, чтобъ потушить огонь ихъ, ослѣплявшій васъ!.. Понимаете ли вы теперь? Ясно ли?
Шомбергъ, Можиронъ и д'Эпернонъ закричали отъ ярости.
-- Довольно, довольно, господа! вскричалъ Келюсъ.-- Удалитесь, г. д'Эпернонъ; вашего противника нѣтъ, а потому вы не имѣете права принимать участія въ нашемъ дѣлѣ. Порядокъ поединка остается прежній и вы увидите, господа, желали ли мы воспользоваться несчастіемъ, огорчающимъ насъ не менѣе васъ. Пойдемте, господа! вскричалъ молодой человѣкъ, отбросивъ назадъ шляпу и схвативъ шпагу: -- мы будемъ драться подъ открытымъ небомъ, предъ лицомъ Всевышняго и вы увидите, способны ли мы на убійство! Мѣсто! мѣсто!
-- Я не любилъ васъ, а теперь ненавижу, презираю! вскричалъ Шомбергъ,
-- За часъ передъ этимъ, возразилъ Антраге:-- я собирался только убить васъ, а теперь я васъ изувѣчу, изрублю. По мѣстамъ, господа, по мѣстамъ!
-- Въ полукафтаньяхъ или нѣтъ? спросилъ Шомбергъ.