Тамъ онъ остановился по двумъ причинамъ: во-первыхъ, потому-что волненіе его было сильно, и онъ долженъ былъ прислониться къ стѣнѣ; во-вторыхъ, потому-что онъ услышалъ голосъ, говорившій:
-- Гертруда, доложи своей госпожѣ, что я пришелъ, и впусти меня.
Эти слова были произнесены повелительнымъ голосомъ и, минуту спустя, Бюсси услышалъ голосъ горничной, отвѣчавшей:
-- Потрудитесь войдти въ залу, сударь; барыня сейчасъ прійдетъ.
Потомъ онъ опять услышалъ шумъ затворявшейся двери.
Бюсси вспомнилъ тогда, что Реми сосчиталъ двѣнадцать ступеней; онъ сосчиталъ ихъ столько же и вступилъ на площадку; потомъ вспомнилъ о корридорѣ и о трехъ дверяхъ, и, выставивъ впередъ руки, удерживая дыханіе, прошелъ нѣсколько шаговъ. Наконецъ онъ наткнулся на первую дверь: это была та самая, въ которую вошелъ незнакомецъ; онъ пошелъ далѣе, встрѣтилъ другую дверь, ощупью нашелъ ключъ, повернулъ его и, дрожа всѣмъ тѣломъ, толкнулъ дверь.
Комната, въ которую вступилъ Бюсси, была совершенно-темна, исключая одной части, въ которую проникалъ свѣтъ изъ сосѣдней комнаты, черезъ полурастворенныя двери. Этотъ свѣтъ падалъ на окно, завѣшенное занавѣсами, которые снова заставили забиться сердце молодаго человѣка отъ радости.
Онъ поднялъ глаза, взглянулъ на освѣщенную часть плафона: -- и узналъ миѳологическую живопись его; онъ протянулъ руку и коснулся кровати.
Не было болѣе сомнѣнія: онъ находился въ той самой комнатѣ, гдѣ лежалъ раненный.
Еще сильнѣйшая дрожь пробѣжала по всему его тѣлу, когда онъ коснулся кровати... по всему замѣтно было, что кровать принадлежала молодой и прелестной женщинѣ.