-- Но скажите, спросилъ Шико:-- развѣ вы были нездоровы?
-- Не нездоровъ, а глупъ, пріятель! отвѣчалъ Горанфло: -- эта проклятая рѣчь измучила меня; я сочинялъ ее три дня.
-- Должно быть, она чудесна?
-- Великолѣпна!
-- Скажите мнѣ нѣсколько словъ изъ нея въ ожиданіи яичницы.
-- Вотъ-еще! вскричалъ Горанфло: -- кто станетъ говорить рѣчи за столомъ? Гдѣ ты это видалъ, шутъ? Не у твоего ли господина, при дворѣ?
-- При дворѣ короля Генриха -- да хранитъ его Господь!-- произносятъ славныя рѣчи! сказалъ Шико, приподнявъ шляпу.
-- А о чемъ толкуютъ эти рѣчи?
-- О добродѣтели.
-- Да, да, вскричалъ монахъ, опустившись на спинку стула: -- тѣмъ болѣе, что твой король Генрихъ III ужасно добродѣтеленъ!