-- Ventre de biche! проворчалъ Шико:-- преинтересное зрѣлище! Спасибо имъ... удружили! все показали.
-- Господа, сказалъ герцогъ анжуйскій съ гордостью и величіемъ:-- я никогда не забуду именъ тридцати дворянъ, которые первые сочли меня достойнымъ царствовать надъ ними... Прощайте, господа, да хранитъ васъ Богъ!
Кардиналъ и герцогъ де-Гизъ поклонились; но Шико, смотрѣвшіи на нихъ съ боку, замѣтилъ, что пока герцогъ майеннскій провожалъ новаго короля, братья помѣнялись иронической улыбкой.
-- Ой, ой, ой! Это еще что значитъ? подумалъ Гасконецъ:-- и что за игра, когда всѣ плутуютъ?
Между-тѣмъ, герцогъ ушелъ въ желѣзную дверь, ведшую въ склепъ, куда за нимъ послѣдовали всѣ присутствовавшіе, исключая трехъ братьевъ, которые вошли въ трапезную, пока братъ-привратникъ гасилъ свѣчи на алтарѣ.
Служка затворилъ желѣзную дверь, и церковь опять была освѣщена только одною лампою, которая, подобно символу, непостижимому массѣ, говорила избраннымъ о чемъ-то таинственномъ...
IX.
Какъ Шико, думая заняться исторіей, проходилъ курсъ генеалогіи.
Шико всталъ въ исповѣдальнѣ, чтобъ поразмяться. Онъ могъ надѣяться, что это засѣданіе было послѣднее; а такъ-какъ было уже около двухъ часовъ пополуночи, то онъ хотѣлъ уже устроиться, чтобъ лучше уснуть.
Но, къ величайшему изумленію его, когда всѣ двери были заперты, три лотарингскіе принца вышли изъ трапезной; только теперь они скинули съ себя монашеское одѣяніе и явились въ обыкновенныхъ своихъ костюмахъ.