Тогда глазами, блиставшими радостью, онъ взглянулъ въ маленькое отверстіе двери, огражденное крѣпкой желѣзной рѣшеткой и увидѣлъ блѣдныя лица враговъ своихъ. Онъ видѣлъ, съ какимъ безполезнымъ бѣшенствомъ они ударяли шпагами въ дверь... онъ слышалъ яростные клики, проклятія ихъ.
Но вдругъ ему показалось, что все закружилось вокругъ него, что стѣна на него падаетъ. Онъ ступилъ три шага впередъ и вышелъ на дворикъ, покачнулся и упалъ на ступени лѣстницы.
Потомъ онъ болѣе ничего не видѣлъ и не слышалъ... ему показалось, что онъ опустился въ безмолвіе и мракъ могилы.
IV.
Какъ иногда трудно отличить мечту отъ истины.
Передъ паденіемъ своимъ, Бюсси успѣлъ приложить платокъ къ ранѣ и затянуть кушакъ, чѣмъ и составилъ нѣчто въ родѣ повязки для глубокой раны, изъ которой струилась горячая, жгучая кровь; но прежде еще онъ потерялъ столько крови, что долженъ былъ лишиться чувствъ.
Однакожь, отъ-гого ли, что въ умѣ его, воспламененномъ гнѣвомъ и страданіями, сохранилась жизнь, или сильная горячка разсѣяла обморокъ, Бюсси какъ-бы сквозь туманъ увидѣлъ слѣдующее:
Онъ былъ въ комнатѣ, украшенной обоями, на которыхъ были представлены фигуры во весь ростъ, въ комнатѣ съ расписнымъ потолкомъ и обставленной рѣзною мёбелью. Между двумя окнами находился ярко-освѣщенный портретъ женщины; только капитану показалось, что рамка этого портрета была не что иное, какъ наличникъ двери. Бюсси, неподвижный, какъ-бы высшею силою прикованный къ постели и лишившійся всѣхъ чувствъ, кромѣ чувства зрѣнія, смотрѣлъ смутными глазами на неподвижныя фигуры, красовавшіяся на обояхъ, и любовался приторными улыбками женщинъ съ цвѣтами въ рукахъ, и забавно-гнѣвными физіономіями мужчинъ, размахивавшихъ мечами. Видѣлъ ли онъ прежде эти лица, или они въ первый разъ представлялись глазамъ его? Этого онъ не могъ объяснить себѣ: такъ голова его была еще тяжела.
Вдругъ портретъ женщины отдѣлился отъ рамки, и къ нему приблизилось прелестное созданіе, одѣтое въ длинное бѣлое шерстяное платье, съ распущенными по плечамъ волосами, съ черными глазами, длинными бархатными рѣсницами, съ прозрачнымъ тѣломъ нт.жно-розоваго цвѣта. Эта женщина была такъ дивно-хороша, обнаженныя руки ея были такъ очаровательны, что Бюсси сдѣлалъ сильное усиліе, чтобъ пасть къ ногамъ ея. Но узы, подобныя тѣмъ, которыя удерживаютъ мертвеца въ могилѣ, приковывали его къ постели.
Онъ остался неподвиженъ, и ему показалось, что онъ лежитъ на одной изъ тѣхъ великолѣпныхъ кроватей, которыя дѣлались во времена Франциска I, съ бѣлыми капковыми занавѣсами, вышитыми золотомъ.