Шико толкнулъ Горанфло локтемъ, чтобъ разбудить его и сообщить ему свое намѣреніе.
Горанфло открылъ глаза.
-- Что? мы въ Мелёнѣ? спросилъ онъ.-- Тѣмъ лучше; я проголодался.
-- Нѣтъ еще, отвѣчалъ Шико:-- затѣмъ-то я и разбудилъ васъ; мы должны торопиться въ Мелёнъ. Мы ѣдемъ слишкомъ-тихо, ventre de biche! слишкомъ-тихо!
-- Что жь за бѣда, г. Шико, что мы ѣдемъ тихо?... Будто вы не знаете, какъ трудно идти въ гору? Да и къ-чему намъ торопиться? кто насъ знаетъ? чѣмъ долѣе будетъ наше путешествіе, тѣмъ долѣе мы будемъ вмѣстѣ. Зачѣмъ мы путешествуемъ? Я -- для распространенія истинной вѣры; вы -- для своего удовольствія. Чѣмъ тише мы будемъ ѣхать, тѣмъ легче мнѣ будетъ распространять вѣру; чѣмъ тише мы будемъ ѣхать, тѣмъ больше будетъ вамъ удовольствія. Я даже готовъ бы пробыть нѣсколько дней въ Мелёнѣ; тамъ, говорятъ, водятся превкусные пироги, начиненные угрями, и я бы желалъ сдѣлать добросовѣстное и безпристрастное сравненіе между мелёнскими и другими пирогами. Что вы на это скажете, г. Шико?
-- Я скажу, возразилъ Гасконецъ: -- что по-моему лучше не полдничать въ Мелёнѣ, а чтобъ выиграть потерянное время, доѣхать до Монтро и тамъ уже за-одно поужинать.
Горанфло безсмысленно посмотрѣлъ на своего товарища.
-- Впередъ! въ путь, въ путь! вскричалъ Шико.
Горанфло приподнялся, не вставая, однакожь, на ноги и жалобно простоналъ.
-- Впрочемъ, если вы не хотите ѣхать со мною, такъ воля ваша... я васъ принуждать не стану, сказалъ Шико.