-- Вотъ и кончено, сказалъ Реми.-- Пойдемте, графъ.
Бюсси разсѣянно пошелъ къ выходу.
-- Куда же вы торопитесь? сказалъ Годуэнъ: -- вы забываете взять святой воды. О чемъ вы такъ задумались?
Бюсси, послушный какъ ребенокъ, пошелъ къ столбу, возлѣ котораго стояла кропильница.
Годуэнъ воспользовался этой минутой, чтобъ сдѣлать знакъ женщинѣ, которая тотчасъ же направилась къ тому же столбу, къ которому шелъ Бюсси.
Въ то самое мгновеніе, когда графъ протянулъ руку къ кропильницѣ, иы ѣвшей видъ раковины, поддерживаемой двумя Египтянами изъ чернаго мрамора, женская рука, довольно-толстая и красная, коснулась его руки и окропила ее святой водой.
Бюсси невольно взглянулъ въ лицо женщины и въ то же мгновеніе отступилъ и поблѣднѣлъ, потому-что узналъ Гертруду, вполовину-закрытую чернымъ шерстянымъ вуалемъ,
Оеіъ стоялъ неподвижно, забывъ даже сотворить крестное знаменіе, между-тѣмъ, какъ Гертруда, поклонившись ему, пошла далѣе и скрылась подъ сводомъ, находившимся передъ выходомъ.
Вслѣдъ за Гертрудой, дюжими локтями прочищавшей себѣ дорогу, шла женщина, тщательно закутанная въ шелковую маитилью; женщина, которой прелестныя молодыя формы, очаровательная ножка и стройная талья напомнили Бюсси, что въ цѣломъ мірѣ была только одна такая талья, однѣ такія ножки...
Реми не произнесъ ни слова; онъ только посмотрѣлъ на графа... и Бюсси понялъ, зачѣмъ молодой докторъ привелъ его въ Улицу-св.-Маріи-Египетской...