-- Презрѣнный! вскричалъ Бюсси: -- вмѣсто того, чтобъ благодарить судьбу, сдѣлавшую васъ его женою, -- васъ, прелестнѣйшее и непорочнѣйшее, существо въ мірѣ, онъ дерзаетъ ревновать!.. Ревновать!.. Гнусное, отвратительное чудовище!
-- О, ради Бога, успокойтесь... успокойтесь, графѣ!.. Онъ, можетъ-быть, ревнуетъ не безъ причины...
-- Не безъ причины!.. И вы защищаете его?
-- О! еслибъ вы знали! сказала Діана, закрывъ лицо руками, какъ-бы страшась, чтобъ Бюсси не замѣтилъ выступившей на немъ краски.
-- Еслибъ я зналъ? повторилъ Бюсси: -- я знаю только одно, графиня; тотъ, кто обладаетъ вами, не долженъ заботиться ни о комъ болѣе въ цѣломъ мірѣ!..
-- Но... сказала Діана прерывающимся, глухимъ, пламеннымъ голосомъ: -- но... вы ошибаетесь... графъ не обладаетъ мною!..
При этихъ словахъ, молодая женщина коснулась горящихъ рукъ Бюсси, встала, убѣжала, легкая какъ тѣнь, и исчезла въ тѣни садика. У калитки она встрѣтила Гертруду, схватила ее за руку и увлекла за собою прежде, нежели Бюсси, внѣ себя отъ счастія, успѣлъ протянуть впередъ руки, чтобъ схватить ее.
Онъ вскрикнулъ... колѣни его сгибались...
Реми подоспѣлъ во-время, чтобъ поддержать его и усадить на скамью, съ которой только-что сошла Діана.