-- Но къ-чему же, къ-чему, Боже мой?
-- Э, мой сынъ, сказала Итальянка:-- хоть бы только для того, чтобъ по заключеніи мира уничтожить всѣхъ, затѣвающихъ теперь войну. Вѣдь ты самъ говорилъ, что желалъ бы имѣть ихъ въ своей власти?
-- Я бы далъ по провинціи на человѣка...
-- Кто желаетъ достигнуть цѣли, не долженъ гнушаться никакими средствами, продолжала Катерина рѣзкимъ голосомъ, пробудившимъ въ глубинѣ души Генриха ненависть и мщеніе.
-- Вы правы, матушка, сказалъ онъ:-- но кого пошлемъ мы къ нему?
-- Поищите между вашими друзьями.
-- Матушка, между ними нѣтъ никого, кому бы можно было ввѣрить это важное порученіе.
-- Такъ ввѣрьте его женщинѣ.
-- Женщинѣ! Матушка, не-уже-ли вы согласитесь?..
-- Сынъ мой, я стара и, быть-можетъ, это путешествіе ускоритъ часъ моей смерти; но я предпрійму его и прибуду въ Анжеръ прежде, нежели друзья твоего брата и самъ братъ твой поймутъ свою силу, свое могущество.